Вождь мировой революции В.И. Ленин на привокзальной площади Владивостока.
Предыдущие публикации:
«Смущённый президент». Книга вторая «Сучья лента». Часть 1
«Смущённый президент». Книга вторая «Сучья лента». Часть 2
«Смущённый президент». Книга вторая «Сучья лента». Часть 3
«Смущённый президент». Книга вторая «Сучья лента». Часть 4
СМУЩЕННЫЙ ПРЕЗИДЕНТ.
ТРИЛОГИЯ
КНИГА ВТОРАЯ
СУЧЬЯ ЛЕНТА
ГЛАВА 3.
Вика Сучкина не была алкашкой, как беззубый Виталий Витальевич Крягер. И не сочиняла талантливые, как все пьяницы, стихи, подобно все этому же собутыльнику Люси Намбэ Ван. Не навязывалась она и к первому встречному со слюнявыми лобызаниями, как озверевший от одиночества и отсутствия половых контактов одержимый страстью фотографироваться со звездами журналистики на публичных мероприятиях мстительный слоноподобный тролль Президент-5. Но когда можно было выпить на халяву, Вика была в первых рядах. Если журналистов — любителей презентаций, звали на пресс-конференции со шведскими столами от футболистов-бездарей из местной, щедро проплаченной из бюджета команды «Бртуч» (темнокожие легионеры получали здесь из казны по 16 тысяч долларов в месяц), Вика брала хозяйственные клеенчатые клетчатые китайские сумки на колесиках повместительнее.
Чтобы умаслить местные издания, загорелые на дорогих зарубежных курортах хозяева и тренеры откормленных бездарей-футболистов не только от пуза угощали журналистов во время творческих встреч, прибывших туда буквально пожрать, но и затрахивали их на прощание тетрапакетами с искусственными, до блевотины сладкими соками фирмы «О-го-го», упаковками рыбных консервов «Бычки в томате», «Сайра, бланшированная в масле», «Горбуша в собственном соку», «Печень минтая», изумительно качественными и с оригинальным дизайном поллитровками водки местного производителя Кожемяко, который позже избрался в губернаторы дальневосточного региона — и не одного, и почему-то пахнущими розами влажными одноразовыми прокладками для интимных мест.
Ах, какие потом запашистые выходили из-под перьев благодарных осоловевших от подарков мастеров слова репортажи! И хотя футболисты-бездари не узнавали в них красавцев себя, команде «Бртуч» все равно было приятно. Но особенно радовались успехам мужей и отцов их сильно смуглолицые жены и дети с африканского континента, которые за счет России содержали свою дальнюю нищую родню до седьмого колена. И посылали газетные вырезки с русскими, не понятными сородичам буковками, в страны третьего мира. Хотя об этом писать в СМИ не рекомендовалось…
А еще была мода у вождей региона организовывать для золотого фонда пресс-балы! Что это были за изумительные сборища, заканчивающиеся саунами и купаниями! Иногда и засыпаниями захмелевших декольтированных не первой молодости журналисток с веснушчатой кожей прямо на банкетных столах! Однако по мере нарастания дефицита в региональном бюджете и кризиса в стране из-за подешевевшей нефти и подскочившего не патриотично доллара, приправленного западными санкциями, гулянки свободной от предрассудков демократической прессы становились все скромнее и скромнее, а лица новых русских вождей-благодетелей и их пиаробслуги все кислее и кислее. И презрение к водочному пулу репортеров со стороны кормящих и смотрящих только росло. И даже однажды вице-губернатор из новых русских некто Ливнецкий, помните, как раз и сказал публично про таких, что их уровень ниже городской канализации! А дырявые фекальные трубы в этом славном тауне были еще те по уровню зловония и мутности.
На Сучкину вдруг накатило, настольгически. В честь дня российской прессы глава региона Неустановленное лицо Сергей вином и бутербродами угостил журналистов. Рекреационная зона. Зеленые елки, рядом частные коттеджи-дворцы вождей, отстроченные на взятки. Дорогих сердцу простых людей — прежнего губернатора, региональных силовиков, экс-градоначальника (на подставную фамилию некой гражданки Тесленко). Злобные милиционеры, охраняющие спецобъекты и орущие на репортеров, попытавшихся сфотать эти родовые гнезда коррупционеров по улицам Девятая и Десятая.
В зале для фуршета встречают прелестные сорокалетние девушки из пресс-службы в изысканных бальных нарядах — Лена и Галичка. Приглашенные — человек сто с гаком: одеты больше по-рабочему, да и не так юны, как пиарслужащие. Одним словом, полпреды из глубинных районов. Атмосфера напряженная, где-то даже безрадостная. Глава региона, как всегда, запаздывает, извините, задерживается. Вспоминается бал, устроенный предыдущим губернатором, ещё красным директором из артели золотодобытчиков. Столы ломились: молочные поросята с веточками хрена в пасти, гигантские креветки, экзотические фрукты, изысканные спиртные напитки рекой. Декольтированные дамы. Редакторат не отходит от любимого сердцу вождя, не брезгующего повальсировать с любимыми журналистками, особенно с теледивой Инессой. Ах, прошлое!
Нынче скромнее, почти по-монашески. Хорошо — экономия бюджетных средств. Столы буквой «П», какая-то жидкая бордовая водица в стаканах, какое-то винцо цвета марганцовки в простеньких пластиковых бокалах на кривых ножках, по-холостяцки наструганные бутерброды из бледно-розовой молочной колбасы. На подиуме какой-то доморощенный ВИА заполнят неловкие паузы волшебной музыкой саксофона. Длинные столы для вип-персон (с бирками) и прессы — друг против друга. Первый стол почти пуст, второй, для журналистов, завален нарезкой. Входят вожди. Впереди он, Неустановленное лицо, - назовут его следователи позже. Не успели лучшие люди поднять бокалы и поприветствовать виновников торжества, утомившаяся ожиданием пира пресса ринулась сметать хлеб с колбасой. Облепив столы с харчами, в том числе и повернувшись задом к ораторствующему губернатору. В полумраке зала при умолкнувшем главе региона несколько минут слышались только звуки позвякивания бокалов и шелеста челюстей.
— Что тосты, — правильно все понял главный тамада, — давайте сначала поднимем бокал-другой…Но самые сладкие вояжи организовывали спонсоры независимых СМИ на старинный ликеро-водочный завод! Отсюда друзья ноутбуков и цифровых камер вывозили спиртное целыми чемоданами с колесиками, чтобы легче было волочь, и строчили блестящие очерки о лучших людях региона, сказочно пополняющих дефицитный региональный бюджет, стоя у транспортеров со стеклянной тарой. Правда, про стационары, в которых не хватало мест для лечившихся ударников водочного труда от белой горячки, писать было как-то не принято.
Это были крайне приятные творческие командировки! Не смотря на то, что учредителей спиртного концерна периодически убивали наемные киллеры. И богатые гранитные надгробные плиты в форме причудливых флаконов с надписями имен хозяев водочного холдинга, периодически оплевываемые женами спившихся работяг, украшали территорию завода. Но об этом честно излагал только один моложавый профессор-юрист, профессиональный морж. В юности тоже, кстати, как и Намбэ Ван, секретарь комитета комсомола, только университета, который мужественно боролся на американские гранты с организованной преступностью в России путем заграничных командировок на деньги Госдепа и написания интереснейших книжек про местный криминал по газетным публикациям и утечкам информации из прокуратуры, где работала его супруга.
Продолжение следует.
© Мария Соловьенко. Все права защищены.
Автор и правообладатель произведения — Мария Соловьенко.
Публикация, копирование, перепечатка, переработка и размещение произведения полностью или частично на иных ресурсах допускаются только с письменного согласия автора и/или редакции газеты «Народное вече», за исключением случаев, прямо предусмотренных законодательством Российской Федерации.
